Неточные совпадения
Становление, генезис, есть путь от умопостигаемой идеи-потенции (δύναμις) к идее, осуществляемой в явлении (ενεργεία), в этом основном для Аристотеля различии между потенциальностью и актуальностью и намечаются оба полюса платоновского учения о двух
мирах, идеальном и
эмпирическом.
Идея творения
мира Богом поэтому не притязает объяснить возникновение
мира в смысле
эмпирической причинности, она оставляет его в этом смысле необъясненным и непонятным; вот почему она совершенно не вмещается в научное мышление, основывающееся на имманентной непрерывности опыта и универсальности причинной связи, она остается для него бесполезна и ему чужда, — есть в этом смысле заведомо ненаучная идея.
В этом смысле понятие безбожной религии содержит contradictio in adjecto [«Противоречие в определении» (лат.) — логическая ошибка; напр.: «круглый квадрат».], внутренне противоречиво, ибо существо религии именно и состоит в опытном опознании того, что Бог есть, т. е. что над
миром имманентным, данным,
эмпирическим существует
мир иной, трансцендентный, божественный, который становится в религии доступным и ощутимым: «религия в пределах только разума» [Название трактата И.
Значение веры в этом смысле выдвинуто было в полемике с Кантом уже Якоби, который считал областью веры не только бытие божественного
мира, но и
эмпирического, и таким образом профанировал или, так сказать, секуляризировал понятие веры [«Durch den Glauben wissen wir, dass wir einen Körper haben (!) und dass ausser uns andere Körper und andere denkende Wesen vorhanden sind.
Но это не значит, чтобы увековечены были в
мире идей
эмпирические черты земной жизни Сократа, ибо они принадлежат не вечности, но временности; они могут быть вековечно запечатлены лишь в едином слитном акте, синтезе времени.].
Итак, на
эмпирической поверхности происходит разложение религиозного начала власти и торжествует секуляризация, а в мистической глубине подготовляется и назревает новое откровение власти — явление теократии, предваряющее ее окончательное торжество за порогом этого зона [Термин древнегреческой философии, означающий «жизненный век», «вечность»; в иудео-христианской традиции означает «
мир», но не в пространственном смысле (космос), а в историческом и временном аспекте («век», «эпоха»).]
Философия не есть мудрость
мира, но познание не-мирового (Nichtweltlichen), не познание внешней меры,
эмпирического бытия и жизни, но знание того, что вечно, что есть Бог и что проистекает из его натуры…
Учению о Небесном Человеке, Адаме Кадмоне [Адам Кадмон — «абсолютное, духовное явление человеческой сущности до начала времен как первообраз для духовного и материального
мира, а также для человека (как
эмпирической реальности)» (Мифы народов
мира.
Все
эмпирические формы зла — смерть, болезнь, нужда, рабство, убийство, злоба, ненависть явились в
мир из этого источника.
Наш «
эмпирический»
мир есть действительный
мир, но больной и испорченный; он воспринимается таким, каков он есть в данном своем дефектном состоянии, а не таким, каким его конструирует субъект; он познается наукой, наука имеет дело с реальностью, а не с состояниями сознания и элементами мышления, но реальностью больной.
Раскаяние обличает несоответствие между идеей человека, принадлежащего к умному
миру, и его
эмпирическим существованием в земном
мире.
Смерть вызывает не только страх перед событием, разыгрывающимся ещё в
эмпирическом обыденном
мире, но и ужас перед трансцендентным.
Но верно обратное: именно этот
эмпирический, объективированный
мир есть царство общего, царство закона, царство необходимости, царство принуждения универсальными началами всего индивидуального и личного, иной же духовный
мир есть царство индивидуального, единичного, личного, царство свободы.
Страх не помнит о высшем
мире, он обращен вниз, прикован к
эмпирическому.
Уж слишком хорошо понимает Фейербах, что «Христос есть прообраз, сущее понятие человечества, совокупность всех нравственных и божественных совершенств, исключающее все отрицательное и несовершенное, чистый, небесный, безгрешный человек, человек рода, Адам Кадмен (Адам Кадмон) [Адам первоначальный, человек первоначальный — в мистической традиции иудаизма абсолютное, духовное явление человеческой сущности до начала времен как первообраз для духовного
мира, а также для человека (как
эмпирической реальности).
Напрасно Гекер сводит литургическую жизнь церкви к внешнему обряду, к чему-то вроде суеверной магии, а то время как в ней есть духовная глубина, есть отображение небесной жизни, Учение Хомякова о церкви, т. е. учение о соборности и свободе, представляется Гекеру утопией, которая нигде никогда не была реализована, только потому, что для него реальность исчерпывается
эмпирической данностью, что он не способен понять существования идейного в онтологическом смысле
мира, который находится за
миром эмпирическим, противополагается ему и вместе с тем действует в нем.
Искусство никогда не отражает
эмпирической действительности, оно всегда проникает в иной
мир, но этот иной
мир доступен искусству лишь в символическом отображении.